Священный любовник - Страница 57


К оглавлению

57

Они не должны были его убивать.

Совершенно точно, они же не собирались этого делать.

Но один из них ударил его ногой в низ спины и попал прямо в почки. Когда Куин, не выдержав, выгнулся, то полностью открыл подбородок для удара. Который не заставил себя ждать.

Его челюсть не смогла погасить удар… на самом деле, она его даже усилила, так как нижние зубы ударились о верхние, и череп принял на себя всю тяжесть последствий. Ошеломленный, он обмяк, его руки упустили захват, а оборонительная позиция ослабела.

Они не должны были убивать его, потому что, если они делали сейчас с ним то, что делали, значит Лэш все еще жив. Если бы парень умер, его родители притащили бы Куина к королю и потребовали бы его смерти, не смотря на то, что технически он являлся несовершеннолетним. Нет, это избиение было платой за телесные раны, которые он нанес Лэшу. Или, по крайней мере, так предполагалось.

Но проблема заключалась в том, что они пинками перевернули Куина на спину, а затем один из них с разбегу прыгнул ему на грудь своими тяжелыми военными ботинками.

Воздух вышибло из легких. Сердце перестало стучать. Все остановилось.

И он услышал голос своего брата.

— Не делай этого снова. Это против правил.

Его брат… его брат?

Лэш тут ни при чем.

Это его собственная семья возмещала вред, нанесенный от его имени.

Куин попытался вдохнуть воздуха, но у него ничего не получилось, а в это время четверо спорили друг с другом. Голос его брата звучал громче всех.

— Достаточно!

— Чертов мутант, он заслуживает смерти!

Куин потерял интерес к происходящему, когда ему стало ясно, что сердце так и не начало биться вновь — и, осознав, что с ним происходит, он вдруг почувствовал что-то вроде паники. Его зрение стало черно-белым, конечности начали неметь.

И тут он увидел яркий свет.

Черт, за ним пришло Забвение.

— Господи! Уходим отсюда!

Кто-то наклонился к нему.

— Мы еще вернемся за тобой, ублюдок. Только в следующий раз без твоего мудака братца.

Послышался топот ботинок, шум открывающихся и закрывающихся дверей, а затем визг резины отъезжающей машины. Когда сразу за ней появилась другая, он понял, что увиденный им свет был не из загробной жизни, а из-за проезжающей по дороге машины.

Лежа там, где его оставили, Куин рассеянно подумал о том, что мог бы с силой стукнуть по собственной грудной клетке. Прямо как в Казино Рояль, просто сделать себе массаж сердца.

Он закрыл глаза. Да, если бы он только мог проделать то же самое, что агент 007… Ни единого шанса. Он не мог заставить свои легкие работать, они лишь слабо сокращались, а сердце превратилось в кусок ослабших мышц. Тот факт, что он больше не чувствовал боли, добавлял тревоги.

Белый свет, который пришел к нему следом, напоминал туман над дорогой, нежная и мягкая дымка, которая окутывала его, приносила облегчение. Свет овеял его полностью, и от состояния испуга он перешел к абсолютному отсутствию страха. Это — он знал — была не машина. Забвение.

Куин чувствовал, как его тело оторвалось от тротуара, он парил, в невесомости, пока, наконец, не оказался в белом коридоре. Там, в дальнем его конце, он увидел дверь, и что-то толкало его подойти к ней и открыть. Он шел к ней с возрастающей уверенностью, и в тот момент, когда достиг ее, взялся за ручку. Когда ладонь обернулась вокруг теплой латуни, его посетила смутная мысль, что если он войдет туда, все закончится. Куин как будто оказался между двумя мирами, еще не открыв дверь и не ступив по ту сторону.

Как только он войдет туда, пути назад не будет.

Он уже собирался повернуть руку, когда увидел изображение на панели двери. Оно было размыто, и он притормозил, пытаясь разобрать, что это.

О… Боже… подумал он, осознав, на что смотрит.

Срань… господня.

Глава 18

Кормии не было ни в ее комнате, ни в ванной.

Спустившись в вестибюль в ее поисках, Фьюри принял решение. Если он наткнется на Рейджа, то не станет задавать ему вопросы, которые занимали сейчас его голову. Все это дерьмо, связанное с учениками, лессерами и войной, больше его не касалось, и пора бы начать привыкать к этому.

Информация о Братьях и учениках больше его не касалась.

Кормия — вот что сейчас имело к нему непосредственное отношение. Она и Избранные. И сейчас самое, мать его, время взять себя в руки.

Фьюри притормозил, проходя мимо арки, ведущей в столовую.

— Бэлла?

Шеллан его близнеца сидела в кресле рядом с буфетом, склонив голову и положив руку на свой округлившийся живот. И коротко, отрывисто дышала.

Она подняла на него глаза и слабо улыбнулась.

— Привет.

О, Боже.

— Привет. Как дела?

— Я в порядке. И прежде чем ты скажешь… что я должна быть в постели… отвечу: я как раз туда направляюсь… — Ее взгляд перешел на парадную лестницу. — Просто сейчас мне кажется, что она немного далековато.

Соблюдая приличия, Фьюри старался не сталкиваться с Бэллой вне общих трапез, даже еще до того, как Кормия появилась в их доме.

Хотя, сейчас было не до этого.

— Почему бы мне не отнести тебя?

Последовала пауза, и он подготовился к тому, что Бэлла начнет спорить. Может быть, она хотя бы позволит взять себя за руку…

— Да. Пожалуйста.

О… черт.

— Посмотри-ка на себя, ты проявляешь благоразумие.

Улыбнувшись, Фьюри в полном ошеломлении подошел к ней. Она оказалось легче воздуха, когда он подхватил ее одной рукой под ноги, а другой обнял за плечи. От нее пахло цветущими ночными розами и чем-то еще. Чем-то… не совсем правильным, как будто с ее беременностью было что-то не в порядке.

57