Священный любовник - Страница 75


К оглавлению

75

Фьюри так отвлекся этой мысленной лаской, что удушье, которое обычно сопровождало его, когда он скрывал нарисованное слоем плюща, вспыхнуло лишь тогда, когда он добрался до лица девушки.

Он замер. Это действительно была Кормия, и не какая-то ее обособленная часть, как было с его рисунком Бэллы, выполненным прошлой ночью. Все черты Кормии были отражены на самом видном месте, начиная с наклона ее глаз до пухлой нижней губы и роскошных волос.

И она смотрела на него. Хотела его.

О, Боже…

Быстро распустив плющ на ее лице, Фьюри уставился на испорченный рисунок. Сорняк покрывал ее целиком, перекрывая очертания тела, он похоронил ее, но без могилы.

Вспышкой пришло воспоминание о саде в отчем доме, когда он пришел туда в последний раз, чтобы похоронить родителей.

Господи, он до сих пор помнил ту ночь с изумительной ясностью. Особенно запах тлеющего огня.

Он выкопал могилу, дыру в земле, рану на обильно заросшем плющом саду. Он положил в могилу обоих родителей, но тело было всего одно. Ему пришлось сжечь останки своей матери. Когда Фьюри нашел ее, она разложилась в своей кровати до такого состояния, что он не смог бы вынести ее из подвала. Он разжег костер из того, что осталось от нее, произнося священные слова, пока не начал задыхаться от дыма, и ему не пришлось покинуть подвал.

Пока огонь бушевал в ее каменной темнице, Фьюри подхватил своего отца и отнес мужчину в могилу. Когда пламя поглотило все, до чего смогло дотянуться в этом подвале, Фьюри собрал оставшийся пепел и поместил его в большую бронзовую урну. Пепла было много, ведь Фьюри сжег также матрас и постельное белье.

Он поставил урну рядом с головой отца, а потом засыпал их землей.

После этого он сжег дом. Спалил дотла. Дом был проклят, весь, целиком, и Фьюри был уверен, что даже огромной температуры пламени было не достаточно, чтобы очистить место от несчастий.

Уходя, он подумал, что плющу понадобится не так много времени, чтобы затянуть весь фундамент.

Конечно, ты сжег весь дом, протянул Колдун в его голове. И ты был прав, ты не отвел от семьи проклятье. Пламя не очистило их или тебя, ведь так, напарник? Помимо спасителя-неудачника, ты стал еще и поджигателем.

Отложив косячок, Фьюри свернул рисунок, и, прикрепив протез, направился к двери.

Ты не можешь убежать от меня или прошлого, пробормотал Колдун. Мы — как плющ на том участке земли, всегда с тобой, покрываем тебя, мы — лежащее на тебе проклятье.

Выбросив рисунок, Фьюри вышел из комнаты, неожиданно испугавшись одиночества. Выйдя в коридор, он почти сбил с ног Фритца. Дворецкий вовремя отпрыгнул назад, защищая чашу с… горохом? С водой и горохом?

Конструкции Кормии, подумал Фьюри, когда в чаше заплескалась вода.

Несмотря на грозившее им столкновение, Фритц улыбнулся, и на морщинистом лице расцвела счастливая ухмылка.

— Если вы ищете Избранную Кормию, то она на кухне, принимает Последнюю Трапезу с Зейдистом.

Зи? Какого черта она делает с Зи?

— Они вместе?

— Думаю, господин хотел поговорить с ней о Бэлле. Поэтому сейчас я занимаюсь домашней работой где-то в другом месте. — Фритц нахмурился. — Вы в порядке, господин? Я могу принести вам что-нибудь?

Как насчет трансплантата головы?

— Нет, спасибо.

Когда доджен с поклоном направился в комнату Кормии, из вестибюля донеслись голоса. Фьюри подошел к балкону и перегнулся через золотые поручни.

У подножия лестницы стояли Роф и Док Джейн, и выражение на лице Джейн было столь же жестким, как и ее голос.

— …ультразвук. Слушай, я знаю, это не лучшая идея, потому что ты не любишь посторонних на территории, но здесь у нас нет выбора. Я была в клинике, они не просто не хотят его лечить, они желают знать, где он.

Роф покачал головой.

— Господи, мы не можем привезти его…

— Нет, можем. Фритц подберет его на Мерседесе. И опережая твои возражения: ученики бывают в тренировочном центре каждую неделю, начиная с прошлого декабря. Он не узнает, где находится. А что до глимеры, им и не нужно знать, где он. Он может умереть, Роф. И я не хочу, чтобы смерть друга легла на плечи Джона, а ты?

Король цветисто и со вкусом выругался, огляделся вокруг, будто его взгляду требовалось чем-то заняться, пока голова переваривала ситуацию.

— Отлично. Договорись с Фритцем. Парень получит свой осмотр и операцию в кабинете физиотерапии, если потребуется, но потом его нужно будет вывезти как можно скорее. Пусть глимера с ее ничтожным мнением заглянет мне в зад, но меня беспокоит само происшествие. У нас здесь не гостиница.

— Поняла. И слушай, я собираюсь помочь Хэйверсу. Слишком много работы с устройством новой клиники и уходом за пациентами для него одного. Дело в том, что пару дней я буду отсутствовать.

— Вишес в курсе о риске безопасности?

— Не ему решать, а тебе я говорю из чистой вежливости. — Женщина сухо рассмеялась. — И не смотри на меня так. Я уже мертвая. Не могут же лессеры убить меня дважды.

— Не смешно.

— Черный юмор — издержки пребывания доктора в доме. Привыкай.

Роф рассмеялся.

— Ну, ты крута. Не удивительно, что Ви на тебя запал. — Король стал серьезным. — Но давай проясним ситуацию. Крута или нет, но заправляю здесь я. Эта территория и все проживающие на ней — мое дело.

Женщина улыбнулась.

— Боже, ты напоминаешь мне Мэнни.

— Кого?

— Бывший босс. Глава хирургического отделения в Святом Франциске. Вы бы прекрасно поладили. А может… и нет. — Джейн протянула свою прозрачную руку и положила на широкое, татуированное предплечье короля. Коснувшись его, она приобрела плотность с головы до пят. — Роф, я не глупа, и не намерена совершать скоропалительные действия. Мы с тобой хотим одного и того же — безопасности для всех… в том числе для членов расы, которые не проживают в особняке. Я никогда не буду твоей или кого угодно подчиненной, потому что это не в моей природе. Но я чертовски уверена, что у нас неплохо сложится сотрудничество, окей?

75